C'EST LA VIE

(се-ля-ви)

МАЛЕНЬКИХ ЧЕЛОВЕКОВ

И даже достигая высот они остаются маленькими, а потому… "Не судите, и не
будете судимы; не осуждайте, и не будете осуждены; прощайте, и прощены будете;"
Евангелие от Луки, гл.6, ст.37

В.Ф.Косинский

(роман-ностальгия)
продолжение
II ПОСМЕРТНЫЕ ЗАПИСКИ МАРГАРИТЫ ФИЛИМОНОВНЫ, КОТОРЫЕ ОНА ДЕЛАЛА БЕССОННЫМИ НОЧАМИ

Нитка 10 ВСЕМУ ПРИХОДИТ КОНЕЦ

Кто на новенького?


Нынешний же пламенный юноша
отскочил бы с ужасом, если бы
показали ему его же портрет в старости.
Н.В.Гоголь "Мёртвые души"

Шутка ли - отбарабанить пять лет со старцем, даже таким необычным, каким был мой Федор Анатольевич. Мне его стало катастрофически не хватать, потому что, став его вдовой, я продолжала думать и рассуждать как он, по-стариковски. Во мне появилась какая-то заторможенность. И никуда мне от этого не деться.

Недавно пошла я пройтись по знакомым местам около МГУ. Нагулялась и села в тени отдохнуть. Сижу спокойно, слушаю щебет птиц. Порой даже соловушке удавалось прорваться сквозь их хор. Но и без него их щебет навевал на меня спокойствие.

А тут вижу трусит мимо мужичок – бодренький такой живчик в солнцезащитных очках и выгоревшей, когда-то розовенькой в крупные белые горохи панамке - ежик резиновый с дырочкой в правом боку. Дышит глубоко, носом. Сейчас таких редко можно увидеть, а несколько лет назад бег трусцой был в моде. Бегали: кто - от инфаркта, кто - за инфарктом, кто - не догоню, так согреюсь. Но мода прошла, бегуны пропали, а этот замешкался. То-то на нем костюмишко совсем выгорел, и у панамки лучшие времена давно прошли. По виду и ему было уже за шестьдесят.

Протрусил он мимо меня, да, видимо, решил отдышаться, и направился к моей скамейке.

- Вы не возражаете,- обратился он ко мне, садясь на краешек. Чего спрашивать, если уже сел.

В знак того, что не возражаю, я немного подвинулась. "Ну,- думаю,- Сейчас он примется меня "клеить". Попадаются такие бойкие дедульки. Готовлюсь, естественно, защищать свою честь. Готовлюсь минуту, готовлюсь две, а он и не думает на нее, родимую, посягать. Щурится на солнце, тоже слушает птиц и помалкивает. В конце концов, я не выдерживаю и спрашиваю:

- Извините! Вы здесь по делам или так... гуляете?

Бегун улыбается, демонстрируя белые, явно не свои, зубы, картинно оглядывает себя и отвечает, что если бег трусцой считать прогулкой, то он гуляет, а если делом, то по делам. Как он меня!

Жар ударяет мне в щеки. Сама "клеиться" начала. Не ймется старой перечнице. Но почему старой, и почему перечнице? Еще дама в соку, хотя и худосочная.

- А вы часто здесь бываете?- слышу я встречный вопрос.- Место здесь хорошее, тихое. Можно посидеть, подумать. И птицы опять же поют.

И понес, понес: о бренности бытия, о душе, о Боге... Говорил складно, но так нудно, что мне сделалось скучно. Заколебал, как говорят молодые. Англичане таких говорунов называют chatterbox.

Слушала, слушала я его разглагольствования и отключилась. Не то, чтобы задремала, а ушла в свои мысли. Совсем плоха стала. Единственное, что я вынесла из его разговоров, так это то, что он не прочь со мною еще встретиться. Вот и старцы на меня клевать начали! Прогресс!

Когда дошло до назначения места встречи, я почему-то засмущалась. Он тоже смутился и протянул мне свою визитную карточку, добавив, что если надумаю, то могу ему позвонить, и тогда договоримся. Каков гусь! Даже на прогулке у него наготове визитные карточки. А вот мой телефон он не попросил.

Дома, вооружившись очками (последнее время приходится пользоваться), я установила, что мужичок то не простой - доктор экономических наук, профессор МГУ и прочая, прочая, прочая, и телефонов несколько рабочих и домашний. Все здорово, но почему-то запахло нафталином, да так сильно, что я даже карточку понюхала. Вроде бы запаха нет.

Описывая встречу со старичком-профессором я забыла об одном грустно-смешном происшествии, которое приключилось со мной тогда же. Пока я после разговора с ним шла к месту, где оставила свой автомобиль – теперь я так гуляю, прошел скоротечный ливень. Я, как назло, зонтик оставила в машине, и за те несколько минут пока он продолжался, я успела промокнуть до нитки. А вместе со мной намок мой транзисторный приемник, память былых странствий.

Возвратясь домой, я включила его, но он даже не зашипел. И тогда я решила его подсушить и ничего лучше не придумала, как затолкать в электродуховку. Когда через некоторое время я его оттуда извлекла, то он, остывая, начал распадаться на кусочки. Не устояла хваленная японская техника перед русской глупостью. А положи я его на солнышко, глядишь, просох бы и заговорил. Жалко. Хороший был приемничек.

Позвонить что ли тому дедуле в панамке? Уже осень и он, наверно, панамку убрал до лучших времен. И карточка его больше нафталином не пахнет. Попытать счастья еще с одним божьим одуванчиком... Да он, поди, уже и забыл обо мне. А вдруг это окажется моей очередной глупостью! Мне это, как заметил Пушкин, "не к лицу, и не по летам..."

Я где-то вычитала, что одна дама велела выбить на надгробии мужа надпись, что его цветущая вдова обладает всеми качествами хорошей жены и зарабатывает достаточно для комфортной жизни. Прямо как в анекдоте про женскую логику: "Сначала - никому. Потом - одному. Потом - ну хоть кому. А совсем потом - ну!... Кому же...? Ау!!!"

На что растратила я свою жизнь, лучшие годы? Боже мой! Что после меня останется? Мне совсем нечего предъявить... Не-че-гошеньки! У нас, у русских всегда так! И за что только мы возомнили себя великим народом? Величия днем с огнем не сыскать. Большой, но не великий. Велика фигура, да дура. Вот швейцарцы или шведы? Несомненно! Австрицы? Пожалуй! Немцы? А почему бы и нет? После разгрома в войне, они смогли подняться на ноги, зажить по-человечески... А мы? Мы так и не жили. Жизнь вредна, сказал, не помню уж кто, потому что всегда заканчивается смертью. Ею случаются недовольны даже самые удачливые. Идиоты не в счет. Те или всем довольны, или всем недовольны. Я жила, просто жила, пыталась создать свой мир, старалась никого в него не пускать, а в результате сама оказалась в пустоте.

Я и сейчас люблю побыть наедине со своим одиночеством: и думается легко и понимается ясно. Мне в нем хорошо, я его люблю и ненавижу, потому что оно делает мою жизнь трудней, чем она бы могла быть. Будь я талантливой или хотя бы реализовала отпущенные мне Богом способности, а они у меня, несомненно, были... Только реализованные таланты имеют право на одиночество, остальным же приходится ютиться в тесноте раздираемых взаимной подозрительностью коллективов, находя место для уединения только в своей душе.

Как я устала! Когда станет совсем невмоготу, проглочу горсточку снотворного, и наше вам с кисточкой. Но пока еще "травка зеленеет, солнышко блестит" и для меня, надо этим пользоваться. В последнее время я часто разговариваю с собой или с котом.

- Не понимаю, на что ты жалуешься?- спрашиваю я себя от его имени.- Тебе можно только позавидовать. Денег полно. Во век не истратить. Сама ты тоже еще очень даже ничего. Как заметил Александр Сергеевич: "...дама, уже немолодая, но еще прекрасная".

Впрочем, сейчас я немного лукавлю, но мне от этого нисколечко не стыдно, а потому пытаюсь противоречить:

- Завидовать нечему. Хотя бы потому, что я абсолютно одинока. И ничегошеньки после меня не останется: ни детей, ни...

На это следует резонный ответ, настолько мудрый и банальный, что уже не понять, где говорит кот, а где я.

- Ну и что теперь? Вешаться, что ли? Тебе всегда хотелось быть одной. И еще ты хотела быть богатой. "Лучше быть здоровой и богатой, чем бедной и больной. Так ведь ты думала?"

Банальная мудрость или мудрая банальность, что, как мне кажется, одно и то же. Но такое мой кот сказать не может.

- Ну-ну. Заладила. Все это мы уже проходили. У тебя уйма денег, а толку, если ты не можешь их потратить? Что тебе с них? Никому ты не нужна ни с ними, ни без них. В жизни всегда так: возможности приходят либо тогда, когда не знаешь, что с ними делать, либо тогда, когда тебе уже мало что нужно.

- Меньше перебирать надо было, дорогуша моя! Может тебе прынца сказочного подать нужно было на блюдечке?- не унимаюсь я. - Кто ты теперь? То ли стареющая красотка, то ли молодящаяся старуха. Смотреть противно!

- Кроме шуток. Я ведь очень даже еще недурно смотрюсь, когда приодета и соответствующим образом намазана.

- Возможно! Но сейчас тебе хочется как следует надраться.

- Увы и ах. Все выпито.

- Чего увыкать и чего ахать? На тебя не напасешься!

- Больше нет ничего. Все вылакала, голуба моя,- достаю я из под стола пустую стеклотару.

- Говорила же тебе: "Не гони лошадей". Так ведь нет на тебя укорота. Как дорвешься...

- Но ты же знаешь, что это было выше моих сил,- пытаюсь оправдываться я.- Ну что ты смотришь на меня?- это я уже прямо коту в глаза.- Не нравлюсь я тебе такая? Да? А себе я, думаешь, нравлюсь? А куда от себя денешься? Разве я для тебя не леди?

- Мррр..., мррр..., мррр..., мррр..., мррр...

- То-то же. И что ж мне теперь делать?- спрашиваю я себя, и мой взгляд останавливается на пузырьке с огуречным лосьоном.

- Мррр...?

- Как ты на это смотришь со своей кошачьей колокольни?

- Мрррррр...

- Чего ты мне голову морочишь! Хочешь сказать, что эту дрянь нельзя пить? Выпивка и закуска в одном пузырьке. Шик и блеск!- нюхаю. - И запах вроде бы ничего.

Выливаю содержимое флакона в чашку, добавляю воды и пью мутную, противную, почему-то ставшую теплой жидкость, и продолжаю то ли сама с собой то ли с котом:

- Ух... Ты прав, котяра. Дрянь. Видишь, какую гадость твоя хозяйка пить вынуждена. "Эх, были когда-то и мы рысаками".

- Мррр...Куда ты катишься, дорогая? Мррр?

- То есть? Ну, пью я. Ну и что? Кому от этого плохо? Тебе что ли? Вырезки вчера для тебя принесла?... Принесла... Рыбы свежей купила?... Купила... А ты все недоволен...

- Мррр…

- Мурчишь! Ну и бардак мы с тобой развели, дорогой кот. Куда ты только смотришь? Давай завтра вычистим эти авгиевы конюшни. Геракла мы с тобой, думаю, не дождемся.

- Мррр...

- А заодно вымоем холодильник.

Кот дослушал мои рассуждения, скорчил постную морду, он делает это, пренебрежительно оттопыривая нижнюю губу, и отправился спать. Я последовала его примеру. Но среди ночи проснулась с жуткой головной болью. Точнее - меня разбудил телефонный звонок: Какой-то хмырь с кавказским акцентом спрашивал Джульетту. Это в половине то третьего ночи?! Черт бы его побрал. Приспичило. Не мог до утра подождать.

Я пытаюсь собраться с мыслями. Сделать это оказалось не просто: я старалась сосредоточиться и обдумать происходившее со мной, а в голове жужжало: "Так дальше жить нельзя... жить нельзя... нельзя... льзя... зя" А как можно? " Я уснула и мне приснилось…


©2006-2017  C'EST LA VIE  Маленьких человековавтор В.Ф.Косинский 
Запрещается полное или частичное копирование, перепечатка, воспроизведение любых материалов романа и сайта http://cestlavie.ru в любой форме. Все права защищены. All rights reserved.