C'EST LA VIE

(се-ля-ви)

МАЛЕНЬКИХ ЧЕЛОВЕКОВ

И даже достигая высот они остаются маленькими, а потому… "Не судите, и не
будете судимы; не осуждайте, и не будете осуждены; прощайте, и прощены будете;"
Евангелие от Луки, гл.6, ст.37

В.Ф.Косинский

(роман-ностальгия)
продолжение
II ПОСМЕРТНЫЕ ЗАПИСКИ МАРГАРИТЫ ФИЛИМОНОВНЫ, КОТОРЫЕ ОНА ДЕЛАЛА БЕССОННЫМИ НОЧАМИ

Нитка 4. ХОЖДЕНИЕ ЗА ТРИ МОРЯ

Были сборы не долги

Нынче то же, что вовеки,
Утешение одно:
Наши дети будут в Мекке,
Если нам не суждено!
Саша Черный

Учеба в Университете близилась к концу. Последние семинары, лекции, зачеты, а меня и Наташу, вдруг срочно вызывает к себе сам Ректор. Возбужденная деканесса, писая крутым кипятком, так что можно было чай заваривать, вытащила нас для этого прямо с лекции. На наши "зачем и почему?" ответила прямо:
- Ума не приложу. Не знаю. Сам позвонил.
Ничего вроде бы не натворили мы такого, чтобы сам Ректор разбирал. И "хвостов" нет, я шла на красный диплом, Натали – на обычный, но без троек. И все же как-то боязно стало. До этого Бог миловал, ни я, ни Натали за все пять лет не удостоились общения со столь высоким начальством. Даже в том коридоре, где находится его кабинет, мне довелось быть считанные разы.

Не успели мы войти в приемную, как секретарша, дебелая, молодящаяся, неопределенного возраста дама, услыхав наши фамилии, тот час же повела нас в кабинет. Мы вошли и увидели его, но где-то вдали. Я и понятия не имела, что у него мог быть такой огромный кабинет. И для чего он ему такой большой?

Мы остановились в нерешительности, не зная, как себя вести дальше, а секретарша, назвав нас, быстренько удалилась. Тогда Ректор сам вышел из-за стола и пошел к нам навстречу.

Пока он шел, я успела рассмотреть интерьер и кабинета и его хозяина. Все вроде бы было современно и со вкусом, и на нем самом был хорошо сшитый костюм и модный галстук.
Подойдя, он взял нас обеих под руки, подвел к стоявшему у стены дивану, который оказался очень удобным, и предложил садиться. Сам он разместился в кресле напротив и с минуту внимательно разглядывал то меня, то Натали. Не джентльмен. Джентльмены так рассматривают только лошадей. Что с него взять, начальник. Мы же продолжали томиться в неведении.

После обычных слов о скором завершении учебы в Университете, он торжественно, будто на Ленинскую премию собирался выдвигать, сообщил, что нас, как отличников учебы и активных общественниц, рекомендует для стажировки за границей, один год работать переводчиками, что собираться нужно, чем скорее, тем лучше, а дипломы мы получим, когда возвратимся.
Моим первым позывом было отказаться. Шутка сказать, это же на целый год откладывалось окончание учебы, которая мне изрядно поднадоела. Свободы хотелось. Как ведь бывает - человек всем сердцем стремится попасть в ВУЗ, но как только он там оказывается, так сразу начинает ждать, когда этому придет конец. Думает наивная головушка, что, получив диплом о высшем образовании, он сразу схватит Бога за бороду или за вымя, а вокруг все медом и шоколадом будет намазано. И неведомо ему, что истинная жизнь заканчивается с того момента, когда начинается борьба за существование. Если приходится угождать начальству, подлаживаться под сотрудников, то это уже не жизнь, начинается процесс омертвления. Но студенческая головушка об этом не ведает и потому рвется на волю. Прозрение наступает позже. Студенчество - это как продление детства, после окончания которого сразу настают серые будни. Не даром же булгаковский профессор Преображенский Филипп Филиппович заявил с гордостью: "Я - московский студент..." , не профессор и не ученый с мировым именем. Студент! Поэтому то я и подумала, услыхав ректорское предложение, что что-то тут не чисто, подвох какой-то, и спросила:
- А почему мы? На нашем курсе много достойных.
- Конечно, достойных много, но мест только два. Вы такая неразлучная пара, вам в чужой стране вдвоем будет легче. Но если вы, падче чаяния, вы не...
Однако Натали не дала ему договорить, что может произойти "если мы, падче чаяния, не...". Ее здравый смысл и находчивость и на этот раз оказались на высоте. Она покорным, но уверенным голосом вставила, что предложение его очень неожиданно для нас и что нам нужно поговорить с родными.
- Конечно, поговорите, но только не долго. Завтра в 9-00 я жду вашего ответа. И учтите, что мест только два. Желающие всегда найдутся. Скажу честно, я вам завидую. Поезжайте, поработайте, наберитесь опыта, а через год вернетесь и получите свои дипломы. Для этого будет достаточно иметь благоприятный отзыв о вашей работе. Все! Я жду ваш ответ. До завтра. Он встал и, не провожая нас, направился к своему столу, показывая тем, что на сегодня разговор с нами окончен.

- Ты чё, подруга дорогая, совсем сбрендила, да? Чуть не отказалась. Ты хотя бы подумала своей головой садовой. Тебе человек предлагает поехать за границу, а ты несешь что-то несуразное. Я тебя не понимаю. Такое случается только раз в жизни и то далеко не с каждым!- накинулась на меня Натали, едва мы покинули пределы ректорского коридора.
- Да я так.... Неожиданно вылетело.… Вдруг как-то.

- Много достойных,- передразнила она меня.- Предлагают нам, значит, мы и есть самые-самые достойные.
Я стояла и хлопала глазами, понимая, что и на самом деле сморозила несусветную чушь.
- А как он на тебя смотрел! Как смотрел!- вдруг переключилась она.- Ну, думаю вот сейчас, вот сейчас застонет в экстазе. В ее голосе прозвучала откровенная зависть. Мужчина обратил внимание не на нее, а на ту, что была рядом. В этом было что-то невероятное.
- Ты что-то путаешь, дорогая. Это он тебя ел глазами. А я тут не причем. Я просто была рядом,- возразила я ей, краснея.
- Нет, девка, на тебя, на тебя он пялил глазки. Отличницы... Кто у нас отличница? Я в таком тяжком грехе не замечена. Ты, и только ты! Ну да ладно. Хрен с ним, со старым козлом, but let's get back to our muttons. Тебе предлагают поехать за границу, а ты выпендриваешься, как вошь на гребешке. Да стоит ему только заикнуться, как пол выпуска за это целый год без передышки будут ему, старому козлу, давать и в хвост, и в гриву, и как пожелать изволит. Тебе же за просто так предлагают, а ты канючишь: "Почему обязательно мы? На нашем курсе много достойных". Кто же это достойней нас? Покажи мне хотя бы одну рожу! Не вижу что-то! А-у!
- И никакой он не старый козел,- не нашла я более вразумительного ответа на ее выпады.- Импозантный мужчина средних лет, приятной наружности.
- Э, да у тебя, душа моя, прорезается интерес к стареющим мужикам! Ну-ну. То ли еще будет!
- Ладно. Убедила. Пойдем и прямо сейчас скажем о своем согласии. Зачем тянуть до завтра. Вдруг завтра будет уже поздно,- заторопилась я.
- Сегодня - рано, а завтра – будет поздно,- так или примерно так, кажется, классик изрек, пусть ему будет пусто. Согласна. Только давай для понту поболтаемся часок, поразмыслим, обговорим все за и против, а потом вернемся и скажем смиренно: "Согласные мы, дяденька. Посылай нас за границу, нам один черт куда". Интересно вот только, когда ему платить за это, потом или сразу, не отходя от прилавка, то бишь дивана. Помнишь, какой у него он удобный? Наверно, для этого его там и поставили. Не зря же он на него нас усаживал. Но учти, расплачиваться будешь ты. На меня он - ноль внимания и фунт презрения.

Однако, когда через час, продрогнув от гуляния по улице, стояла середина января, мы вошли в ректорскую приемную, секретарша сообщила, поедая на нас глазами стареющей зависти, что Ректор отбыл в горком и сегодня уже не вернется.

- В горком,- тихо съязвила раздосадованная Натали.- Так я и поверила. Как пить дать к бабе подался голубок. "Я в горком, а от нее прямо домой",- передразнила она, подражая его голосу, когда мы вышли из приемной.

Мы решили отправиться по домам, томиться и ждать, когда наступит ЗАВТРА. Что день грядущий нам готовит? Но долго ждать не пришлось. Едва я вошла к себе в прихожую, как навстречу мне выбежала взбудораженная мама:
- Где тебя черти носят? Филя телефон оборвал, тебя добивается. Три раза уже звонил. Просил, чтобы ты, когда придешь, никуда не отлучалась. Он еще будет звонить. Что-то важное у него к тебе. Мне он не сказал. Секреты у вас от меня завелись, как я погляжу!
Только она успела выпалить все это, как раздался длинный звонок межгорода:
- Маргарита? Здравствуй, дорогая. Наконец-то. Думал - уже не получится с тобой поговорить. В командировку убываю, за моря. Слушай меня внимательно. Я послал к вам в ВУЗ телефонограмму с просьбой выделить двух студенток, переводчиц английского языка, для стажировки в Индии. В телефонном разговоре с Ректором я назвал тебя и твою подругу Наташу, так, кажется, ее зовут. Фамилии ее я не знаю, но надеюсь, что она все еще твоя подруга. Вот все, из-за чего я тебя так упорно добивался. А сейчас бегу. Ни пуха. Прилечу, позвоню. Матери пока ничего не говори, а то раззвонит всей округе.

Я поблагодарила его за заботу, а он, не дослушав, со словами "ко мне пришли" положил трубку. Вот, оказывается, откуда дровишки. "Постой, постой. А откуда Филимон знает про Натали. Может и все остальное ему про нас известно",- подумала я.

Маме я соврала первое, что пришло в голову, мол, путевку на лето предлагает в Болгарию, но утра дожидаться не стала. Тут же смоталась к Наташе, чтобы успокоить и ее и обсудить, как нам держаться на завтрашней встрече с Ректором. По дороге я размышляла: "Ай да Ректор, ай да… хитрован. Теперь понятно, почему не на красавицу Натали, а на меня он смотрел в оба глаза. Темнил благодетель наш. Все уже решено без него. Уверена, что если мы, падче чаяния, откажемся от этой стажировки, то на этом всему придет конец. Никто из наших никуда не поедет. Уж я то Филимона знаю как облупленного".

Все обсудив, мы решили не показывать Ректору, что нам что-то известно и что мы даже знаем, куда нам предстоит ехать. Пусть благодетельствует и дальше.

Утром, подтвердив, что стажировка за нами, что она будет в Индии, Ректор попросил, дабы не возбуждать ненужных толков, никому в Университете об этом не говорить.

- Пусть пока останется между нами,- сказал он.- Придет время, все и так узнают.
И хотя мы никому не сказали ни слова, ни полслова, уже к вечеру всему курсу было известно, что мы едем за границу. Правда, говорили, что в Англию, но мы не возражали. Возможно, что весть разнесла секретарша, которая слышала звон, или подслушала телефонный разговор. Не сам же он проговорился?

Я стала морально готовиться к встрече со "знаменитым племенем, которое можно назвать любимцем истории" и которое "оставило по себе заметный след, всюду заявило свое существование чем-нибудь таким, что навсегда останется предметом изучения для историка"

. Естественно, что мы забросили занятия, но что делать дальше не знали, ожидая звонок Филимона. Через неделю он, как и обещал, позвонил, и мы, запасясь всеми необходимыми бумагами, подались в Москву оформляться: "Лед тронулся, господа присяжные заседатели!" Самой неприятным делом в этом для нас оказалась вакцинация от холеры. Все остальное на себя взял Филимон.


©2006-2017  C'EST LA VIE  Маленьких человековавтор В.Ф.Косинский 
Запрещается полное или частичное копирование, перепечатка, воспроизведение любых материалов романа и сайта http://cestlavie.ru в любой форме. Все права защищены. All rights reserved.