C'EST LA VIE

(се-ля-ви)

МАЛЕНЬКИХ ЧЕЛОВЕКОВ

И даже достигая высот они остаются маленькими, а потому… "Не судите, и не
будете судимы; не осуждайте, и не будете осуждены; прощайте, и прощены будете;"
Евангелие от Луки, гл.6, ст.37

В.Ф.Косинский

(роман-ностальгия)
продолжение
II ПОСМЕРТНЫЕ ЗАПИСКИ МАРГАРИТЫ ФИЛИМОНОВНЫ, КОТОРЫЕ ОНА ДЕЛАЛА БЕССОННЫМИ НОЧАМИ

Нитка 5. ЖИЗНЬ И СМЕРТЬ СЕРГЕЯ БЫКОВА, ДИРЕКТОРА И БОМЖА

О ля-ля! или мой ответ агрессору

Хочу быть дерзким, хочу быть смелым,
Из сочных гроздей венки свивать.
Хочу упиться роскошным телом,
Хочу одежды с тебя сорвать!
К.Д.Бальмонт

Работа, тем не менее, продвигалась успешно. Для удобства материалы разложены на большом столе для совещаний. Я их просматривала, а Бык ходил вокруг, спрашивал, давал указания, делал замечания. Обстановка вполне деловая.

И вдруг, в тот момент, когда я наклонилась, чтобы дотянуться до какого-то документа, лежавшего ближе к середине стола, директор всем телом навалился на меня, а рука его оказалась у меня под юбкой.

- О ля-ля!- только и смогла произнести я.- Это что еще за шуточки такие?

Падкость директора на слабый пол не была для меня новостью, но я не могла предположить, что очередь может дойти и до меня. Он предпочитал помоложе. Стоило появиться в поле его внимания обладательнице смазливого личика и стройной фигурки, как она очень скоро становилась частой посетительницей его кабинета. Поэтому желающие к нему приблизиться, старались пустить впереди себя девицу. Такой ход, обычно, не давал осечки. Поговаривали, что он иногда занимался этим прямо у себя в кабинете, без отрыва от руководства предприятием, но ведь никто не видел. А меня это не очень интересовало и не совсем не касалось, но, как оказалось, только до поры до времени.

Моя попытка вывернуться из его захвата была пресечена грозным рыком. Он ткнул меня лицом в бумаги, и так прижал к столешнице, что я не могла оказать сопротивление и сдалась на милость победителя ввиду его явно превосходящих сил и почувствовала... (Был такой анекдот: "В очереди женщина оборачивается к стоящему сзади нее мужчине и говорит: Гражданин, вы скоро умрете". Видя его удивленный взгляд, поясняет: "Я чувствую ваш конец".), что вторжение состоялось, и он с завидным для его возраста напором стал заставлять скрипеть огромный стол для совещаний.

Когда же процесс завершился, и я, получив свободу, распрямилась, директор, деловито застегнув брюки, и, как ни в чем не бывало, пошутил:

- А ты, дурочка, сопротивлялась. Совсем не бо...

Но я не дала ему закончить хотя бы это и влепила пощечину, вложив в нее всю свою силу. Такого поворота директор явно не ожидал и, похоже, растерялся. А меня несло "по кочкам". Я была готова на все, угодно, хотя сама еще не знала на что. Считая, что обидчик получил от меня только малую толику того, что ему причиталось, но что на большее мне едва ли следует рассчитывать, я кинулась к двери, чтобы навсегда покинуть "этот сраный кабинет, и этот сраный завод". Но дверь оказалась запертой на ключ.

- Может хоть теперь откроешь дверь, козлья ты морда?- прошипела я как разъяренная кошка.

- Ой! ой! ой! Какие страсти господни! Может лучше попросить кофе сварить? Так я мигом! Попьете и успокоитесь,- только и сказал он.

- Пошел бы ты со своим кофе знаешь куда,- ответила я и увидела, как на его щеке ярче моих слов начинал алеть след от моего "удара возмездия".

Видимо не зная, как в такой ситуации вести себя дальше, он махнул рукой, открыл дверь и ушел, оставив поле боя за мной. Немного погодя и я, внимательно осмотрев себя в зеркале и подправив прическу, одежду и дыхание, вышла из кабинета, постаравшись при этом не хлопнуть дверью.

При моем появлении в приемной, секретарша даже не подняла головы. Она, сидя на своем месте тихой мышкой, сосредоточенно щелкала дыроколом, подшивая какие-то бумажки и, наверно, решала в уме задачку с двумя неизвестными: "Уделал ли ее шеф эту стерву или не уделал?" Для нее это был уже давно пройденный этап, поскольку без такой глубокой проверки секретаршами у нашего директора не становились. Я уверена, что она была в курсе всех "шуров-муров", происходивших в кабинете, и, конечно, догадалась, что было уготовлено мне. Не зря же были розы! Любопытно только, заметила ли она отпечатки моих пальцев на физиономии своего босса?

Когда я вернулась к себе в отдел, там, конечно, уже не работали, и полным ходом шла подготовка к празднованию. С помощью приближенных мужчин из конструкторского бюро резали колбасу и сыр, раскладывали принесенные из дому салаты-винегреты, открывали бутылки.

- А вот и Маргарита Филимоновна явилась. Мы уже думали, что не дождемся вас. Заработались вы там с шефом,- сказал кто-то из моих сотрудниц.

- Считайте, что не дождались! - ответила я, стараясь, чтобы мой ответ не прозвучал слишком резко.- Не до вас, дорогие. Я вас всех поздравляю, но в этот раз обойдитесь без меня. Только не обижайтесь.

Сказав так, я ушла в другую комнату, которая считалась моим кабинетом, но где я практически никогда не сидела, предпочитая быть с "народом", и занялась сочинением заявления "по собственному желанию", пока меня не попросили по статье.

Оказалось, что это совсем не простое дело. Как я не старалась обтекаемо обосновать причину увольнения, формулировки у меня выходили какие-то неубедительные. С чего это вдруг я увольнялась. И должность у меня была приличная, и с работой вроде бы справлялась. Не писать же правду. Да никто и не захочет поверить мне, потому что тогда нужно будет заводить дело, а у нас начальство право всегда, пока за него не берется вышестоящее начальство.

Я забраковала три варианта, но пока я занималась их сочинением, мой воинственный пыл утих, и я немного успокоилась, и поэтому решила отложить выработку окончательной редакции "прошения об отставке" до послепраздника. Вроде бы спешить уже некуда.

Поскольку до конца рабочего дня оставалась еще масса времени, то я, забросив неоконченное сочинение в стол, оделась и отправилась, куда глаза глядят. Домой идти мне не хотелось. Мама, только взглянув на мою "опрокинутую" физиономию, сразу догадается, что у меня что-то неладно, и будет мытарить, пока все не вытянет все до донышка. Это она умеет. Но и с отделом я остаться тоже не могла, не то у меня было настроение.

Мне нужно был кто-то, кому я бы могла излить душу. Конечно же, я сразу же подумала о Натали, посчитав, что она лучше всего для этого подходила. Мне вспомнился ее запах, теплый и мягкий, и захотелось утонуть в ее объятиях и поплакать на ее груди.

Но дело было в том, что мы с ней не виделись с того самого дня, когда она вышла замуж. Она пригласила меня на свадьбу, но я отказалась, ограничившись подарком и поздравлением. Прошел почти год, и вдруг мне было стыдно за свое поведение. И, тем не менее, пробродив без цели по округе почти час, продрогнув и промочив ноги, я оказалась рядом с ее домом.



©2006-2017  C'EST LA VIE  Маленьких человековавтор В.Ф.Косинский 
Запрещается полное или частичное копирование, перепечатка, воспроизведение любых материалов романа и сайта http://cestlavie.ru в любой форме. Все права защищены. All rights reserved.