C'EST LA VIE

(се-ля-ви)

МАЛЕНЬКИХ ЧЕЛОВЕКОВ

И даже достигая высот они остаются маленькими, а потому… "Не судите, и не
будете судимы; не осуждайте, и не будете осуждены; прощайте, и прощены будете;"
Евангелие от Луки, гл.6, ст.37

В.Ф.Косинский

(роман-ностальгия)
продолжение
II ПОСМЕРТНЫЕ ЗАПИСКИ МАРГАРИТЫ ФИЛИМОНОВНЫ, КОТОРЫЕ ОНА ДЕЛАЛА БЕССОННЫМИ НОЧАМИ

Нитка 6. СТРАННАЯ ОСЕНЬ НА АНДРЮХИНОЙ ЗАИМКЕ

Скоро осень, за окнами август

Положительно нет прекраснее времени, нежели
зрелый август в Смоленской хотя бы губернии.
М.А.Булгаков. Роковые яйца.

Поддавшись обаянию нового облика Лесника, я, без раздумий, согласилась провести отпуск у него, изменив своему обыкновению долго запрягать, оценивая чуть ли не на зуб все за и против.

- Ты оформляй отпуск, а я приеду и заберу тебя. Когда?- ухватил Андрей быка за рога.- Отпускные тебе не потребуются. Приедешь – получишь. Целее будут. Забрать тебя я могу хоть завтра, хоть сейчас. К чему напрасно терять последние летние денечки. Осенняя слякоть не за горами. Одежду и обувь для леса не бери. У меня для тебя найдется все, что нужно.

Договорились мы на пятницу после обеда – через три дня. Потом я, конечно, пожалела о своем опрометчивом согласии, но Лесник уже убыл, а известить его о перемене решения у меня не было возможности. Никуда теперь было мне не деться, пришлось собираться.

C утра пораньше, позвонив на работу и предупредив, что задерживаюсь, я отправилась в парикмахерскую к "своему мастеру". За ночь у меня успел появиться кое-какой план, который я обдумывала и из-за этого не выспалась. Для его осуществления мне надо же было привести себя в полный порядок, чтобы и лицо, прическа, и руки мои были в лучшем виде.

"Мой мастер" Мария или Муся, по мне лучше Мария, была женщиной во всех отношениях уникальной. Достаточно полная, подвижная, с невинным личиком повзрослевшей куклы. Ее небольшие глаза всегда смотрели невинно, независимо от того какую гадость выдавал ее рот. Но была она мастером экстра класса, и за это я готова была выслушивать ее болтовню.

Она была незамужней, имела дочь и, несмотря на свою, скажу прямо, не ахти какую яркую внешность, пользовалась у сильного пола успехом и меняла мужчин, чуть ли не с регулярностью моих посещений. По моему мнению, ее недостатком было то, что она любила рассказывать в подробностях об отношениях со своими партнерами.

Несмотря на фривольность ее речей, я не считала Марию развратной, какой она и не была. Она просто была такая, какая была. Это была ее идеология. К сожалению, не у каждого получается, быть такими, какие они есть. У меня далеко не всегда.

Работая, она говорила не переставая, без отрыва от дела и перескакивая с темы на тему. Однако ее любимой темой были мужчины. Причем пальцы ее маленьких, сильных рук работали сами по себе, а язык - сам по себе.

Мне она, из особого, как она говорила, ко мне расположения еще делала массаж шеи и плеч каким-то особым видом массажа, секреты которого известны были только ей и еще кому-то на Востоке. Сам процесс был болезненным, но зато очень здорово было после. Так здорово, что стоило стерпеть и боль, и ее треп. После часа проведенного в ее руках я не только получала отличную прическу и маникюр, но и чувствовала себя заново родившейся.

Обычно о своем посещении я договаривалась с ней загодя, поэтому мой неожиданный визит в этот раз ей не понравился. Но оценивающе посмотрев на меня, она сменила гнев на милость.

- Ну и порезвилась ты, подруга, прошлой ночкой, - было заявлено мне, как только я расположилась в кресле.

Я не стала опровергать ее догадку, а только сказала:

- Женщина встала не с той ноги, не выспалась, а ты сразу с выводами. Ты лучше приведи меня в надлежащий вид и чем, скорее тем лучше. Я ведь на работе.

- Я тоже не выспалась. Мой задал мне сегодня шороху на всю катушку. Мал он у меня - в чем душа держится (в прошлый раз был здоров, как бык), но, скажу я тебе, …

При этих ее словах я сделала нетерпеливый жест, и она замолчала. Но выдержала не долго. Ее распирало желание похвастаться своим новым дружком.

- А ванька-встанька у него, скажу тебе, дорогая, что казацкая сабля. Так и машет, так и машет он им. До печенок достает. И не только...

Сказав это, она неожиданно надавила мне пальцем на какую-то мышцу на плече, что я охнула и сказала:

- Не так страстно, дорогая. Полегче нельзя? Живая ведь я еще пока. Бежала бы к своему хахалю, чем здесь надо мной измываться. И вообще, знаешь, я сегодня не в настроении, так что давай, если можешь, без своих историй.

Услыхав такое, она вдруг зашептала мне в самое ухо:

- Что-то ты у меня сегодня какая-то не такая. Знаешь что? Айда ко мне. Здесь не далеко.

- А как же твой друг? Ты же ждешь, не дождешься, когда…

- А я прогоню его на сегодня. Потерпит, горячее завтра будет. Пошли. Не пожалеешь. А хочешь - поделюсь. Втроем. Слабо? А? Поди, не пробовала.

- Давай в другой раз.

- В другой, так в другой. Тебе виднее, дорогая,- в ее голосе послышалось разочарование.- Дома я тоже принимаю, стригу и брею там… Дамочки со всего города приезжают. Записываются. Все жены начальства. И хорошо платят. Но тебя, как друга, обслужу так. Такую причесочку сооружу. Закачаешься. А то пошли? Я такси вызову.

Когда она говорила это, голос ее был тягуче-страстным, согласные еле слышными, а гласные – протяжными. Она горячо дышала мне в затылок, и от нее стал распространяться дурманящий запах, так что в голове у меня помутилось. Еще б немного, еще б чуть-чуть. Но я встала и ответила:

- Предложение заманчивое, но все ж давай в другой раз. А теперь я, пожалуй, лучше пойду. Уезжаю в отпуск, возможно, к своему будущему мужу, так что, сама понимаешь…

- Если так, то извини. Сразу надо было сказать. Удачи тебе, и не пуха... Не забывай. Я всегда рада тебя видеть.

 

С отпуском сложности у меня не было, и в пятницу я была свободна, как ветер. Для очистки совести, в надежде, что она ее не получит, я отправила телеграмму маме, в которой сообщила о своем отъезде. Но она ее все-таки получила, пожаловала домой уже в четверг и целый вечер выказывала мне свое неудовольствие тем, что я сорвала ее с отдыха.

А кто ее звал? Я же только известила.

В пятницу, в 14-30 лесников "уазик" остановился у нашего подъезда. Одет Андрей был проще, чем в прошлый раз, но также чисто выбрит и также благоухал. Научный статус требовал нового облика. Чтобы не возбуждать у мамы нездоровый интерес, я не стала дожидаться, когда он поднимется к нам, и спустилась сама с дорожной сумкой в руках.

 

День стоял солнечный и жаркий, но когда мы прибыли на место, наступила приятная прохлада сумерек. Угрюм меня не встретил.

- Угрюм пропал. Ушел, когда меня не было, да так и сгинул, - с горечью сообщил Андрей, предварив мой вопрос.- Такие они, собаки... Не прощают.

Мне от этого сразу стало немного грустно и одиноко.

- Вот твоя комната,- сказал Лесник, провожая меня в светелку, где мы раньше жили с Сережей, и, подумав, добавил, - Если захочешь, то навсегда.

В светелке все было по-прежнему, только на стене появился мой портрет кисти хозяина, написанный на полированной доске. Это был даже не портрет, поскольку я ему никогда не позировала, а импровизация по мотивам "мониторинга" им моей особы. Увидеть его мне было приятно, поскольку это говорило о том, что он не только помнил, но и думал обо мне и заехал ко мне не случайно.

Я смотрела на его творение со смешанным чувством. Изображенное на нем женское лицо будто бы было похожим на то, что я привыкла видеть в зеркале, но в то же время совсем другим. Что он смог разглядеть во мне за те несколько встреч, чего я сама не увидела за годы?

Чтобы получить ответ, я решила изучить свою "парсуну" при свете дня. А еще - на столе в хрустальной вазе стоял огромный букет роз - желто-шафранных, белых, алых, красных. Их нежнейший аромат пропитал всю комнату. Откуда? Роз у него на заимке вроде бы не наблюдалось.

Когда я, переодевшись, спустилась во двор, хозяин уже был весь в хлопотах.

- У меня есть кулинарная специализация. Я готовлю самое лучшее в округе жаркое и готов доказать это тебе прямо сейчас.

- Звучит как "парень на всю деревню, а в деревне одна хата".

- Для этой цели у меня припасена отличная вырезка из косули на ребрышках. Ты когда-нибудь ела мясо косули?

- Не приходилось как-то. В нашем гастрономе я еще ниразу не видела мяса косули на ребрышках. И вообще, забыла, когда там было мясо приличное. Браконьерствуем помаленьку, да?

- Нет. Разве можно. Браконьеры ее подстрелили. Она от них убежала и пришла ко мне. Спасти ее уже было невозможно, пришлось прирезать. Лесу калеки не нужны. Вот мы и будем ее, бедолагу, есть, если ты не возражаешь.

- Красиво жить не запретишь,- отвечаю я, безразличная к посмертной судьбе несчастного животного. Возможно, что именно это безразличие стало началом моего грядущего поражения. Что поделаешь, если слезы мои по бедной козочке остались невидимыми для мира?

- Вырезку я обычно выдерживаю в специальном маринаде, рецепт которого - мой секрет,- продолжал Андрюша.- Он придает мясу особый аромат и вкус. Ты любишь прожаренное мясо, или не совсем?

Говоря это, он вытаскивал из кастрюли литров на пять куски мяса и раскладывал их на специальной решетке над углями прогоревшего, дышавшего жаром костра. Сок мяса и маринад стекали на угли, они шипели, испуская возбуждающий аппетит аромат.

- Или не совсем,- ответила я, завороженная священнодействием молодого ученого.

- Превосходно. Я тоже... А еще у меня остались настоечки из старых запасов. И вино из первопрестольной…. Но я рекомендую настойки.

- А я готовлю гуся с яблоками. Тоже вкусно, и рецепт не засекречен, - попыталась я вставить и свои четыре гроша.

- Специально для жарки я припасаю дубовые дровишки. Угли от них жар хорошо держат. Запомни - пламени быть не должно. Пламя - враг жаркого. Еще у нас будет печеная картошечка, синеглазка. А про гуся расскажешь и покажешь в другой раз. Я специально для этого случая раздобуду подходящий экземпляр. А сейчас, пожалуйста, меня не отвлекай.

Сказав так, он принялся раскладывать по краям решетки ровные длинные картофелины. По ходу того, как мясо жарилось, а картошка пеклась, Андрей предлагал мне для дегустации различные настойки своего изготовления. Все они были приятны на вкус, и хотя я только дегустировала, все равно успела изрядно наклюкаться.

А хозяин все говорил и говорил, растекаясь мыслью по древу, не замечая, что мои реплики стали зазвучать совершенно невпопад. Я, задремала и будто издалека, слушала рассказ о перипетиях защиты диссертации, о возне в околонаучных кругах, о его предполагаемой карьере в новом качестве.

- А теперь можно и к трапезе приступить,- услышала я подсознательно ожидаемые слова и встрепенулась.

Андрей уже успел разложить на большом блюде исходящие соком ломти мяса и обложить их зеленью. Рядом стояла глиняная миска с печеной картошкой. А еще был живописный салат и грибочки.

- Чудесно,- воскликнула я.- И уже можно начинать есть?

- Не только есть, но и пить.

- Не-ет!- запротестовала я.- С меня довольно. Я итак, кажется, перебрала слегка.

- Пройдет, как только немного поешь, - ответил Андрей и налил в мой бокал вина. Он оказался прав. Скоро хмель как рукой сняло.

Мясо было нежным и приятным на вкус. Все остальное - тоже было свыше всяческих похвал. Я даже не заметила, как насытилась до отвала, но чувствовала себя превосходно, ощущая необычную легкость в теле и приятную пустоту в голове.

Потом мы, в отличном расположении духа, сидели у мерцавшего костра и пили кофе с коньяком.

Был прекрасный теплый вечер. Легкий ветерок приносил запахи леса. Андрюша негромко пел под гитару, но попыток к сближению не делал. Я тоже тряхнула стариной и пропела под гитару пару душещипательных романсов с намеками.

Когда мы собрались на покой, небо заволокли тучи, и даже упало несколько крупных капель.

- Ночью будет гроза, сильная гроза,- пообещал Лесник и почему-то посмотрел на верхушки деревьев.

Я тоже посмотрела, но ничего интересного там не увидела.


©2006-2017  C'EST LA VIE  Маленьких человековавтор В.Ф.Косинский 
Запрещается полное или частичное копирование, перепечатка, воспроизведение любых материалов романа и сайта http://cestlavie.ru в любой форме. Все права защищены. All rights reserved.